POV Дарина
- Встать, суд идет!
Сколько раз за свою
довольно продолжительную карьеру я слышала эту фразу. Иногда даже по два-три
раза за день.
В самом начале,
когда я только пришла работать в прокуратуру, так близко к сердцу принимала и
заседания, и вынесенные приговоры, что громкий голос с неизменной фразой
“Встать, суд идет!” вместе с судьями в черных мантиях снились мне по ночам,
заставляя просыпаться в холодном поту. Со временем привыкла, но иногда эти
показательные выступления в виде судебных заседаний дико бесят. Вот как
сегодня.
Судья, мужчина
сорока пяти лет, медленно переворачивает листы из дела. Такое чувство, что
впервые видит и протоколы, и мое заключение. Наверное, многие так и подумают,
глядя на действия судьи и его сосредоточенное лицо. Но я-то знаю прекрасно –
просто тянет время, потому что и так все решено. Заранее. А раз не сделаешь
показательного заседания, чтобы тебя заметили или просто обратили внимание, то
и нет смысла напрягаться.
Даже мне сегодня не
хочется настаивать на своем, пугать апелляцией, а тем более подавать жалобу в
Апелляционный суд, как представитель закона. Какой смысл?
Обвиняемый получает
два года условно, хоть я и настаивала на пяти лишения свободы. За нанесение
тяжких телесных повреждений. Но пятерик у нас получают только простые смертные.
А мажоры… в лучшем случае - как сегодня: пару лет условно, принимая во
внимание, какой он хороший мальчик, не пьет, не курит, ни на одном учете не
состоит, а главное – прекрасные характеристики с места учебы и работы! Ладно,
работы – папа-директор и не такое напишет, но учеба? Они там хоть раз его
видели, что пишут, какой он спортсмен, комсомолец и просто красавец?
Еще и дядя –
заместитель председателя Апелляционного суда, о чем мне поведал адвокат
обвиняемого. Полушепотом и с таким выражением лица, как будто государственную
тайну сообщает, за которую положен расстрел. Даже улыбку его заявление не
вызвало, так мне все противно в последнее время. Вроде и парень неплохой этот
адвокат, а таких мразей защищает... Ненавижу я этих мажоров, хоть убей.
- Дарина Александровна, - обращается ко мне судья после
оглашения приговора. – Есть возражения?
- Никак нет, Ваша честь, - отвечаю спокойно, начиная
собирать бумаги. – У обвинения возражений нет.
- А у Вас, Роман Григорьевич? – это уже обращается судья к
адвокату.
- Не имеется, Ваша, честь, - улыбается Рома на все тридцать
два зуба. Я бы удивилась, если бы имелись. И вот к чему эти
показательно-номинальные вопросы?
- Вот и замечательно, - улыбается судья в ответ и поднимается со своего места.
Секретарь строгим и
громким голосом объявляет о закрытии заседания и просит всех еще раз подняться
со своих мест. Я понимаю, когда в самом начале встают и оглашают об открытии,
но в самом конце к чему эта показуха? Сколько лет присутствую на различных
судах, а до сих пор в моей голове это не укладывается.
Шум голосов, звуки
отодвигаемых стульев и демонстративное шествие судьи в комнату, смежную с залом
заседания.
Слава Богу,
закончилось.
Собираю свои вещи,
складывая все в сумку, и направляюсь к выходу. Практически возле двери меня
ловит адвокат, произнося в спину:
- Дарина Александровна, вы, как обычно, неотразимы!
Медленно поворачиваюсь
и смотрю на этого упыря сверху вниз. А он со своим ростом около ста семидесяти
пяти сантиметров наоборот задирает голову, чтобы заглянуть мне в глаза.
- Рома, вот скажи, чему ты радуешься? – если честно, безумно
хочется зарядить ему по голове или в ухо, чтобы убрать эту раздражающую улыбку
с его лица раз и навсегда.
На самом деле Ромка
Андреев – очень толковый юрист хоть в уголовных, хоть в гражданских делах. В
меру наглый и циничный тип, но всегда знает, кому и что говорить. Один из
лучших адвокатов в городе, да и в принципе один из немногих защитников-упырей,
кто мне действительно симпатизирует.
- Ну, как же, - усмехается, - Дело-то выиграли.
- Серьезно? – поднимаю одну бровь вверх. – Ты правда идиот,
или просто притворяешься? Посмотри на этого мажора, - киваю головой в сторону
подходящего к нам паренька, который сегодня отмазался малой кровью. – У него на
лбу большими буквами написано “Таганка, я твой бессменный арестант”. Не сегодня
- значит, завтра он обязательно куда-нибудь влезет и сядет, если придурка
раньше не грохнут. Это дело времени, поверь. Хотя, в твоем случае, чем чаще
парнишка влезает в разного рода неприятности, тем больше папаша выбросит денег
на ветер, точнее тебе в карман. Вот скажи, Рома, ты вроде не дурак, неужели
нравится вот это, - снова киваю на мажора, - отмазывать от тюрьмы?
- Эй, ты, - влазит то самое “это”, на которое я два раза
кивала. – Чё ты трёшь тут? Ты хоть знаешь, кто я? Да мой папа тебя…
- Без комментариев, - перебиваю я наглого паренька, снова
переводя взгляд на адвоката. – Рома, утихомирь своего подзащитного, а то наплюю
на нашу с тобой большую любовь и выкину какой-нибудь фортель, ты ж меня знаешь.
- Леня, успокойся, - адвокат упирается рукой парню в живот.
– Остынь.
- Да я ее… - вопит мажор. Такое чувство, что одно место ему
кто-то прищемил.
