Это третья книга серии Прокурорский.
Первая книга - Прокурорский сынок ЗДЕСЬ
Она НЕ читается отдельно.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ - НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА
После пересказа Андрея предыдущих событий, продолжается сцена, которая была прервана на самом волнующем моменте в четвертой книге.
Пересказ Андрея – это его немного хаотичные мысли, воспоминания о произошедших событиях. Он лежит в палате, у него множество переломов после страшной автокатастрофы, и он отрывочно вспоминает, что уже произошло.
Он все время думает только о Жене.
Вторую книгу «Ловушка» мы закончили на ужасно напряженной ноте.
Востряков может вот-вот насильно овладеть Женей. И скоро мы узнаем, что в итоге произошло.
Название этой третьей книги – Де Жа Вю.
Почему так?
Вы помните этот эффект дежавю – как будто все это уже было?
Так вот – в пятой книге появляется линия 18го века, в которой они все – и Женя, и Востряков, и Степа, и Андрей уже встречались.
Теперь у них есть шанс – чтобы все было по-другому … Не так … печально.
Та же усадьба … Только 18 век. А вводные данные те же - барин, что за все платит, и девочку танцует.
А кто же остальные?
Все сгруппированы вокруг Жени.
Линия 18го века будет потихоньку просачиваться в текущее время через сны Жени.
И по большей части очень волнительные, а иногда кошмарные сны.
Тогда у нее тоже не было выхода.
Смогут ли найти выход окружающие ее мужчины в этот раз?
Андрей Суворов. Частная клиника, которую оплачивает Востряков. Москва.
Я просто хотел убить Степу, когда выяснилось, что он опять отвез ее к дяде. И именно за этим. За тем … Чтобы он ее изнасиловал. Степа сказал, что он хотел, чтобы она «сама». Это как? Под парализующим страхом за родителей – это сама?
Это же надо быть такой сволочью, чтобы шантажировать обвинить ее родителей в распространении вирусов! Но для него же это нормально. Просто обычный такой прием, ничего особенного. И мне вот кажется, что он совсем не блефует. Иначе было бы что-то по-проще. Где-то же он взял это – про вирусы.
Он этого не сделал только потому, что Жене стало плохо. Артем объяснил, что у нее обострение воспаления почек, он уже обнаружил до этого у нее нарушения, начал лечить, но видимо какой-то грипп наложился. Она же в постоянном стрессе!
Это же какой-то кошмар, все же началось даже меньше полугода назад – 15 июля.
Степыч тогда позвонил мне уже практически ночью. Сказал, что мол босс разошелся, приказал припугнуть девчонку, которая ему по яйцам заехала. И уже подтянулись Стас и Ден. У них обычно оружие с собой. Я решил, что да, я лучше подъеду, чтобы беспредела какого-то не учинили.
И уже в машине выяснилось, что Востряков приказал ее изнасиловать и заснять на видео. Блять блять блять я просто не верил своим ушам. Это просто не может быть. Ну такого не может быть! А оказалось, что может … И почему-то осознание вот этого «может» пришло слишком поздно, когда они уже стали распределять … кто внизу … кто сверху … Одновременно. Это просто невыносимый какой-то пиздец. Я зачем-то решил, что лучше я лягу вниз … да ничего я не хотел! Я просто подумал, что если это сделают одновременно Ден и Стас, то все … я просто не понимал, что они с ней сделают.
А так – я просто не буду шевелиться. Это сейчас приходит понимание того, что я должен был остановить это все. Как угодно – просто остановить. Но тогда это было какое-то состояние, как в тумане – дело в том, что Востряков псих и он не останавливается, если ему что-то вштырило. И я знал, что он их накрутил и даже чем-то там пригрозил типа увольнения. То есть они бы не отступились. У них оружие.
Я просто в тот момент испугался, что все будет еще хуже. А теоретически ведь могло … Если бы все завелись.
Это был кошмар, хотя я старался даже не дышать, они все равно порвали ее. Столько крови … Я боялся, что она просто умрет. Мне было не важно, что меня увидят в больнице – только бы не опоздать. Степа остановил меня и сказал, что вызовет скорую к определённой остановке. Я не хотел оставлять ее одну … Но скорая быстро приехала и действительно по плану Степы забрала ее.
Потом Степа умудрился проникнуть в больницу и объяснил ей … правду … правду он ей сказал – что, если она не будет молчать, Востряков ее убьет. Это его любимый способ решать проблемы. Нет тела – нет дела. А тело уж всегда можно припрятать.
Я чувствовал себя настолько ЧМОм, что мне было совершенно все равно, что будет дальше, только бы у нее … а как может быть хорошо, как? Как она вообще это переживет?
Степа зачем-то писал ей все время. А может это и к лучшему? Чтобы знать, что у нее все как-то … ну как-то … хоть как-то!
Какой-то следователь все равно стал копать, как мог. Она точно заявление не писала. Вообще ничего не говорила. Он на ощупь продвигался, но картинка с Востряковым у него появилась. Бармен в том вип клубе проговорился – видел их конфликт.
Я бы тоже на его месте стал копать … да блять как иначе после того, как он заключение врача прочитал! Очевидно же, что ее запугали.
Но дальше вообще кошмар – Востряков не успокаивался и стал ей звонить, выяснять, как ей все понравилось! А она методично вывела его на полное признание и записала все это!
