Читать онлайн полностью бесплатно Людмила Милевская - А я люблю военных…

А я люблю военных…

Что может заставить обворожительную женщину после веселого новоселья заснуть лицом в тарелке салата. Конечно, подмешанное в вино снотворное и происки врагов.

Книга издана в 2001 году.

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


Пролог

Мы с Марусей насплетничались вволю и замерли перед телевизором – шли новости. Невидящими глазами мы смотрели в экран, каждая думала о своем. Я о подлой Юльке, отбившей у меня мужа, Маруся о своем Ванечке. Переживала, бедняжка, наверняка подозревала уже всех подруг, строила планы как от них избавиться, увлеклась, занервничала…

У нервной Маруси появляется невероятный аппетит, и на этот раз появился.

– Слышь, старушка, – обратилась она ко мне, не отводя глаз от телевизора, – прямо вся я что-то проголодалась. Пойди-ка, сваргань бутербродик.

И в тот же миг солдат на экране вытянулся в струнку, отдал честь и отчеканил:

– Будет сделано!

Потом он расслабился, по-детски широко улыбнулся, шутливо сделал нам с Марусей «козу» и исчез. Пошли зарубежные новости.

– Тебе бутерброды парень варганить отправился, – заверила я Марусю.

– Я прямо вся так и поняла, – рассмеялась она и добавила: – Видишь, какие интересные бывают в жизни совпадения.

– Еще и не такие бывают, – откликнулась я. – Иной раз задумаю книгу, а вместо меня возьмет и напишет ее сама жизнь. Остается только героев в другую эпоху переставить да чуть-чуть их с тем временем совместить, а все остальное ну точь в точь.

Маруся всплеснула руками:

– Как я завидую тебе, старушка! Ведь эти герои твои, мужчины, и ты их всех-всех можешь одним лишь росчерком пера в себя влюбить.

– Да, – согласилась я и уточнила: – Несколькими ударами по клавишам.

Глава 1

Поэт

Многоголосый гомон толпы вспорол дерзкий смех.

Четверо аристократов, рассекая чернь, продвигались к окраине Киото. Напористы и высокомерны. Буйная радость юности, неуемная жажда жизни.

В «веселый квартал»!

В объятия нежных и покорных дзёро!

Скорей, – жизнь воина не терпит заминок!

Дыбятся металлом жесткие ёрои, дерзко растопырены мечи – угроза нерасторопным.

Можно ли иначе с быдлом?

Воины в боевом снаряжении опасная редкость на улицах Киото.

Прочь с пути! Прочь!

Им ли, славным буси, жалеть плебс. Зевака не доживет до завтра, до светлого праздника Аой Мацури.

Паника, смятение, – не дрогнет рука самурая, скатится в пыль голова. Берегись зевака!

Сочатся надменным презрением лица бронированных аристократов. Задеть ножнами воина – неслыханное оскорбление. Но только воина. Здесь, в этой толпе, можновсе.

Весело блестят глаза, бурлит кровь.

Гордо шествует Сумитомо Фудзивара, но не цепляет прохожих. Мягкая улыбка освещает лицо, мечтателен, миролюбив поэт Сумитомо – ронин великого клана.

«Светел мир, – приятно волнуясь, мечтает он, – но что мир без Итумэ?

Жизнь ждет… Прекрасен день… Прекрасна ночь… И стихи… И гейся – услада поэта. Лишь гейся… Увидеть ее… Коснуть рукава кимоно…»

– С пользой проведем время! – улыбаясь друзьям в предвкушении удовольствия, заявил Кусоноки.

– Как иначе в Симбара? – усмехнулся Хейдзо Кадзивара.

– «Божественные врата» для того повелели сделать курава, чтобы вассалы его точно знали, где можно купить любовь.

– Покупать любовь мерзость! – оборвал друга Сумитомо. – Поэты предпочитают гейся – женщин искусства. Платить нужно за роскошь общения, любовь – получать бесплатно.

– О-о! Да ты влюбился в молодую гейся! Летишь на яркий свет любви, – рассмеялся Абэ Кусоноки. – Летишь, позабыв мудрость: «За бесплатное платят втрое.»

Веселый тон Абэ поддержал и насмешник Хейдзо.

– Ах, Итумэ! – тоненько пропел он. – Обворожительна и умна! Таких жаждут поэты!

Он сделал выпад в сторону Сумитомо и грозно крикнул:

– Конец тебе, заболел любовью!

Дружный смех – ответом ему. Лишь Сумитомо нахмурился. Заметив это, Абэ посоветовал:

– Сделай гейсю любовницей, и все. Здоров!

Яростный молчун Энъя Ёриёси не стерпел, принял участие в разговоре.

– Ты больше поэт, чем буси, Сумитомо, – заявил он. – Тебе пристало покупать общение, а воину нужна женщина. Покорная и молчаливая. Абэ прав: сделай Итумэ любовницей.

Сумитомо вспыхнул. Рука потянулась к мечу. Но мысль опередила:

«Лишь коснусь рукояти… Поединок! Смертельная дуэль с другом! Тронуть меч – оскорбление… Чем обидел он меня? Сказал, что поэт? Это правда. Сказал, что меньше буси, чем поэт?! Но всем известно, я завершил путь меча. Лучший мастер Кендо обучил меня… Я не сдержан! Энъя – хороший друг… Итумэ ждет… Мир слишком жесток, чтобы сражаться с друзьями, а я слишком влюблен. Однако…»

– Может быть не я побил тебя деревянным мечом? – нарочито свирепо вращая глазами, спросил Сумитомо. – Хочешь еще?

Ёриёси лишь равнодушно пожал плечами под жесткими пластинами ёрои. Шутка не скрыла истинных чувств друга.

– Стоит ли обижаться Сумитомо, – миролюбиво ответил он. – Ты человек чести, искусный фехтовальщик, всем известно. Но и Книга пяти колец, превзойди ее ты, не сделает из тебя буси. Воин жесток, беспощаден, а поэт… – Ёриёси неопределенно взмахнул рукой, – сам знаешь, что такое поэт… Ты предался «ветру и потоку», наслаждаешься радостями богемной жизни.



Другие книги автора Людмила Милевская
Ваши рекомендации